Вокруг света. часть 17. Аргентина - Чили. Дорога на юг (продолжение)

21 Сентябрь 2017

Комментарий

0
 Сентябрь 21, 2017
 0

/продолжение/

Строительство дороги продолжается, ее расширяют и асфальтируют. Темпы строительства таковы, что можно утверждать, что в недалеком будущем здесь пройдет автомагистраль вдоль красивейших мест, но это будет уже другая дорога.


Пока же частые остановки в ожидании выполнения работ, пропуска встречного транспорта.


Ночлег у смотровой площадки El Condor. Ужин на костре.


Хорошее место для ночевки. Забиваем его координаты, пригодится на обратном пути.
Река Palena.

Городок Payuhuapi на берегу фиорда.

La Junta. Знак благодарности жителей генералу Аугусто Пиночету, совершившего государственный переворот 11 сентября 1973 года и приказавшего построить дорогу №7.

Незаметный съезд к PN Cuelat. Шлагбаум. Пока Пилот оплачивает вход, Штурман наводит порядок в салоне, бросает птичкам завалившийся кусочек печенья. Бдительный рейнджер тут же с замечанием, кормить птиц в парке запрещено. 2,5 часа пешей прогулки с небольшим набором высоты, чтобы увидеть ледник и водопад.


Тропа вновь сводит с цепкой девочкой из спортивной семьи.


Смотровая площадка. Туристы любуются видом далекого водопада, раскладывают припасы и смачно жуют. Птички, пользуясь отсутствием рейнджеров, выхватывают еду из рук туристов.

На посещение парка уходит день. Вечерняя дорога по горному перевалу. Водопад Еl Condor у дороги в завершение дня.

Небольшая придорожная площадка на берегу реки становится местом отдыха у пламени костра.
В свете дня варится рис на костре, кипяток в термос. Дорога все дальше ведет Бродяг на юг.

Озеро Тorres.




Coihaique. Крупный город по местным меркам. Супермаркет. Заправка на АЗС «Petrobras».
Город остается позади.

Дорога ведет через PN Сerro Castillo. Резкий подъем в горы. Стоянка у дороги. С закатом солнца резко холодает. Смена задних тормозных колодок.

Разогнавшись, Сафарь вылетает из-за поворота, наперерез выбегает женщина, машет двумя руками. Экстренное торможение. Что случилось?! Случился переход андских оленей (Huemules) через дорогу, о чем предупреждают многочисленные знаки на дороге. Несколько автомашин ожидают перехода, люди снимают грациозных животных. Бродяги присоединяются.


Смотровая площадка Сuesta del Diablo открывает вид на дорожные петли ведущие к озеру General Carrera

и хребет Cerra Castillo.

Асфальт заканчивается. Щит с расписанием взрывных работ. С понедельника по пятницу с 13-30 до 18-30 дорога перекрывается. Несмотря на субботу, дорожные работы продолжаются.

Движение транспорта с длительными остановками. На 35 км дороги уходит два часа.
Колючая проволока ограждает частные владения по обе стороны дороги и вдоль рек. Свободный съезд к горной реке Murta и Сафарь съезжает на отдых (46 ̊17.570 72 ̊48.270). Разводится костер, греется вода, стирается одежда. Ужин. Ночью немногочисленный автотранспорт прекращает движение.
Утром с реки тянет ледяным холодом. Пилот влезает в комбинезон и идет за хворостом. Разжигает костер. Присев на корточки у огня, экипаж греет руки кружками кофе.

Дорога ведет к поселку Tranquilo на берегу озера General Carrera, названному в честь генерала Карреры — героя войны за независимость Чили от испанской короны. На этом озере имеются уникальные мраморные пещеры, к которым можно добраться на лодке из поселка. Пещеры — цель сегодняшнего дня.
Озеро появляется внезапно…

Едва въехав в поселок, указатель к леднику Exploradores – 52 км уводит Бродяг по 728 дороге в сторону от поставленной цели. Действительно, отчего не проехать какую – то полсотню км к неизвестному леднику? Ясная погода сменяется моросью и туманом, качество покрытия заставляет снизить давление в шинах.

Десять км тряски и дорога приводит к водопаду La Nutria.

Увиденная красота добавляет энтузиазма. Низкая облачность скрывает ледники.

Вдоль изумительной красоты озера Bayo в окружении отвесных скал и водопадов.



На камне барельеф священника – Рadre Antonio Ronchi, кто он и за что его облик в этих далеких от цивилизации краях? Бродяги еще не раз встретят это имя на своем пути.
Тропинка к леднику Exploradores пролегает мимо гостевого домика. Кристобаль и его подруга – гиды.

Сопровождают туристические группы к леднику. Бродягам достаточно пройти короткой тропинкой к смотровой площадке, чтобы его увидеть. Но это программа на завтра. Кристобаль не радует прогнозом погоды полученным по рации, обещающим дождь. Наливает кипяток в термос из походного чайника на плите и угощает Пилота баночкой польского пива. Бродяги по соседству через дорогу на парковке (46 ̊29.855 – 73 ̊09.269).
Пасмурно и холодно. Утренний подъем к смотровой площадке.

Низкая облачность. В ожидании прояснения Пилот читает надписи, вырезанные на перилах. Короткое русское слово из трех букв явно оставлено иностранцем, овладевшим лишь навыками русской разговорной речи.
Сильный ветер приподнимает зависшую над ледником облачность, открывая фантастическую картину… не надолго.

Вернувшись, экипаж занимается мелким ремонтом. Пилот чинит китайский электрический матрац случайно купленный в придорожном хозмаге Кыргызстана, согревающий экипаж холодными чилийскими ночами. Обрыв найден и запаян.

Незаметно приходит вечер. Прогулка к мосту через реку.

Бурные молочные ледниковые воды сопровождает туман, фатой прикрывая свадебное одеяние реки.

Утро дождливит. Бродяги возвращаются. Обнаружив свежую промоину на дороге, экипаж обозначает ее, используя красно – белую ленту (все же пригодилась!).
Дорога №728 короткая, но самая красивая, из пройденных в путешествии по Чили.


Tranquilo. Несмотря на голубую гладь озера General Carrera и предложение гида совершить тур к мраморным пещерам, экипаж откладывает визит на обратный путь, наивно полагая, что хорошая погода здесь всегда.

Все дальше на юг.

Открывшаяся взору река Baker изумляет цветом бурных вод. К ней крутой съезд. Пилот оценивает возможность выезда в случае дождя, грунт мягкий, но можно лебедиться за деревья. Протискивается между деревьев к берегу, останавливаясь у затушенного костра, огороженного камнями. Вид на несущуюся бирюзу — замечательное место (47 ̊01.535 – 72 ̊49.749).

Пылает костер, греется вода. Банный день. Пилот намыливается. Громкие возгласы с реки загоняют его за машину. Две лодки с рафтингистами останавливаются напротив. Сушат весла, по команде инструктора исполняют ритуал – пьют воду из реки, а недомытый Пилот все выглядывает, когда же они напьются.

Сорванные листья смородины и плоды шиповника служат заваркой к вечернему чаю у костра. На следующий день погода не подводит и Сафарь самостоятельно выбирается к дороге.

Река остается далеко внизу, все более спокойная в нижнем течении.




Пора менять масло в двигателе. Городок Cochrane. На АЗС объясняют дорогу к механику. Он дома, берется за работу. За маслом в супермаркет, где можно купить все – от пирожных до гвоздей, но масла — синтетики нет. Впереди только маленькие городки и поселки на сотни километров.

Дорога вдоль горных цепей с ледниками и озерами. Укромное место в лесу с прекрасным видом на озеро и ледники (42 ̊26.237 – 75 ̊45.428).


Холодно. Костер. Бродяги выходят на ночную, пустынную дорогу и заворожено глядят в небо. Над ними Южный Крест в окружении сверкающих созвездий…
Утренний пейзаж не менее красив.

Развилка. Налево — Puerto Yungay, направо — Сaleta Tortel. Тут же расписание паромов.

Налево, туда, где Carretera Austral завершает свой путь.

Маленький портпункт.
Кафешка обслуживает водителей и пассажиров ожидающих паром: чай, печенье, эмпанадосы (пирожки). Церквушка. Пустующая казарма.

Памятный знак инженерным войскам Чили, построившим эту дорогу. Эмблема войск очень похожа на эмблему стройбата в СССР.

Здесь 1150 – й км дороги. На берегу моря она и заканчивается. Печальный обелиск с красивыми словами, именами и званиями тех, чьи жизни унесли горные реки: три — Murta; три – Barranco; пять – Vagabano. Бродяги чтут память незнакомых им людей в форме.
Если здесь конец дороги, то что же дальше? Неизвестность влечет. Сафарь заезжает на бесплатный паром вместе с двумя грузовиками и шестью легковыми машинами местных жителей. Puerto Yungay медленно отходит.

По фьорду 18,5 км, чтобы через 40 минут съехать на пристань Rio Bravo.

Машины и паром исчезают в сумерках. Бродяги составляют компанию одинокому маячку на пристани, вспыхивающему во тьме красным огоньком.

Можно не спешить с подъемом. Завтра 1 апреля, меняется расписание и первый паром прибудет в 13 часов. В 8-30 грохот аппарели. Экипаж отрывается от подушек. С парома съезжает бензовоз. Наверное, спецрейс.
Хорошая традиция — давать имена мостам.

Уход в туман.

Вновь развилка. Уже нет привычного зеленого указателя дороги №7, хотя карта и навигатор утверждают обратное.

Вправо. Через 25 км паромная переправа и никого, ни на этом берегу, ни на том. Дальнейший путь преграждает рухнувшее дерево. Была бы трофи – экспедиция, народ бы в радость распилил преграду на бревнышки.

Приходится возвращаться к развилке.

Влево. В сопровождении красот.






Озеро Cisnes (Лебединое).

Поселок Villa O’Higgins.

Дальше дороги нет. Музей Падре Антонио Рончи.

Становится понятно, отчего это имя так почитаемо в этих краях. Интереснейший человек. Родившись в Италии и закончив семинарию, был отправлен в католическую миссию в Чили. С 1972 года он, по сути становится бродягой, не имея постоянного места жительства, ходит с сумочкой по региону Aysen, самому отдаленному и разобщенному, крестит детей, посвящает в брак и, главное, старается объединить людей в совместном труде. Он ходит от дома к дому, от двери к двери, убеждая каждого принять участие в строительстве школы или церкви своим трудом, стройматериалами, обедом для строителей и даже дровами, чтобы приготовить чай. У него не было сторонников среди духовного руководства, которые были недовольны его подвижнической и общественной деятельностью, не было сторонников и в бюрократической чилийской системе, для которых он был назойливыми Падре. Не добившись от чиновников министерства образования открытия школы на острове Тото, где проживало пять тысяч человек, он без разрешения бюрократов создал народную школу со своими учителями и учениками, построенную всем миром.
Его понимали и поддерживали простые люди. В совместном труде на общее благо они сближались. Идея Падре создать сеть радиостанций, чтобы поддерживать связь с соседними поселениями, была реализована самими людьми. 22 радиостанции FM «Madipro» и 17 ретрансляторов спутникового телевидения вещали и вещают до сих пор в регионе.
Была ли награда Падре за его старания улучшить жизнь людей? В 1994 году он получил чилийское гражданство, 17 декабря 1997 года его сердце остановилось. Наградой остается память простых людей, которых он научил жить сообща, не полагаясь на помощь чиновников. Обелиски на скалах, в поселениях, на всем добром пути Падре в его память…

В помещении музея (при Падре здесь была церковь) фотографии первых поселенцев (каково это быть первым?),

предметы быта, переданные местными жителями,

среди которых швейная машинка «Lada» (неужели продукт нашего автопрома?)

Спальня Падре. Просто. Скромно.

Он жил как и большинство прихожан в этом затерянном крае.
В полицейском участке экипаж получает разъяснение, что ближайший погранпереход в Аргентину – Rio Mayer пропускает пешеходов, а из транспорта – велосипеды. Переход для автомобилистов в Paso Roballos. Предстоит возвращаться в Cochrane, а затем вправо, к границе с Аргентиной.

Остановка на ночевку на берегу Лебединого озера (48 ̊26.760 – 72 ̊36.845).

По дороге идет молоденькая кореянка с рюкзаком за плечами. Идет в ночь. Приветственный взмах руки.
7-ая дорога (Carretera Austral) в своем завершении гравийная, но не убитая. Местами проходит по краю обрывов, без каких – либо ограждений. Незаметные промоины приглашают заглянуть смерти в глаза. Небольшая скорость, держаться по центру и не испытывать судьбу ночью – несложные правила для автопутешествия по этой дороге. Чем дальше от своего начала на юг, тем меньше людей и машин. Ночью дорога спит и никто не тревожит покой и сон путешественника. Красота же дороги остается в душе навсегда.
Возвращение.



Водитель грузовика набирает воду в канистры из озерца у водопада. Бродяги следуют примеру, пополняя запасы пресной воды.

Портпункт Rio Bravo. Ожидание парома вместе с шофером фургона Маркесом. Погрузка. Маркес приглашает Пилота в кабину. Беседа под матэ. Пилот не понимает вкуса матэ – трава травой, но пьет из уважения к собеседнику. Маркес на своем фургоне развозит по отдаленным поселениям все, что заказывают люди. В O’Higgins привозил стройматериалы.

Посредине фьорда паром стопорит ход. Что – то случилось? На лицах пассажиров спокойствие. Член команды кошкой выбирает рыболовную снасть с наживкой. Пока без улова. Паром возобновляет движение по фьорду. Аппарель откидывается в Puerto Yungay. Может быть, еще встретимся, Пилот пожимает руку Маркесу и выскакивает из кабины.
Caleta Tortel – поселочек, на берегу бухты, опоясавший морские утесы.

Двое полицейских на парковке тут же переписывают данные паспортов и машины в тетрадку. Разве что для статистики да и занятие, какое – никакое.

Деревянные дома, деревянные улицы, деревянные лестницы, деревянные детские площадки даже памятник Падре в берцах с сумочкой в руке и тот, из дерева.







От каждого дома отходят пластиковые трубы по которым канализационные стоки сливаются в большие пластмассовые емкости для очистки и дальнейшего слива в бухту. Никаких запахов, кроме запаха моря.

Собак же приучить к унитазу, вероятно, не удалось. Их много и они гадят на дощатые тротуары. Обозревая красоты, Пилот вступает в собачье дерьмо и таскает его до порога Сафаря.
Минисупермаркет. Пара иностранных туристов – он и она покупают один зеленый перец и четыре яйца. Бродяги встречают не очень богатых путешественников в самых красивых местах. Закономерность?
Съезд к реке выводит на поляну (47 ̊44.675 – 73 ̊14.369), окруженную деревьями и зарослями бамбука, некогда бывшей усадьбой, от которой остались воспоминания в виде сгнивших заготовленных дров, да треснувшей деревянной ступки, найденной в кустах пытливым Пилотом. Как порой напрасен бывает человеческий труд видно лишь с течением времени.

Костер и вопли напуганных зеленых попугаев.
3 апреля. Cochrane. Знакомый супермаркет. Покупка килограммового брикета айвового варенья позволяет запомнить новое слово «membrillo», а по вечерам осуществлять детскую мечту — намазывать варенье толстым слоем на булку и пить с несладким чаем.
На север и вправо.



Ближе к Аргентине меняется пейзаж, напоминая Монголию.





Высокие тополя, высаженные по периметру большой, заросшей травой площадки на берегу озера. Здесь что-то должно было быть, но так и не сбылось. Остались лишь высокие деревья, напоминающие Бродягам Украину. Листва шумит по — осеннему, задумчиво. Идеальное место для ночевки.
Утро. В салоне 0,3 ̊. Сафарь не заводится. Сели аккумуляторы. Ни вчера, ни сегодня машин не было. Пилот цепляет буксирный трос. По дороге несется самосвал. Пролетает мимо, затем тормозит, укрываясь поднятой пылью, сдает назад. Que paso? (Что случилось?), спрашивает Рональдо.

Вытаскивает Сафарь на дорогу, а там уже он заводится, выпустив на радостях клуб черного дыма.

Бродяги благодарят своего спасителя и механическую коробку передач. 55 км грунтовки отделяет от границы.


Спокойный переход.Бродяги единственные кто потревожил размеренную пограничную службу. В паспорт круглые печати с перекрещенными винтовками по центру. Подъем шлагбаума и снимок на память.

Нейтральная полоса и такой же спокойный аргентинский переход.

Здесь выписывают от руки разрешение на автомобиль и не спрашивают страховку. Рядом со зданием кусок лавы в качестве инсталляции.
Аргентина встречает красотой и бешеным ледяным ветром. Фотосъемка – испытание на устойчивость.




Выбор дороги. 41-ая или 39-ая? Обе выведут на необходимую 40 –ую. Налево. Ни одной машины.


Озеро Ghio.


Выезд на 40-ую. Карта утверждает, что это грунтовка, но Сафарь шуршит асфальтом.
Bajo Caracoles. Поселение у дороги. Десяток дворов, гостиничка и АЗС. Двое полицейских ремонтируют на крыше участка антенну. Задрав голову, Пилот интересуется, где можно стать на ночлег. Под моим домом, отвечает один из них. Закончив работу, он показывает свой джип (аргентинского производства), приглашает в дом, но Бродягам достаточно припарковаться рядом и воспользоваться водопроводом.

Красивейший закат.

Утро. Сафарь не заводится. Пилот караулит хозяина пикапа, отдыхающего в гостинице. Проблема требует разрешения, но не здесь.


На 40-ой дороге ветер – участник дорожного движения.

225 км и экипаж въезжает в Gobernador Gregores. Радушный персонал АЗС вручает ключи от душа и вайфая.

Свежевымытый экипаж общается по вацапу с другим континентом. Подъезжает слабенький мотоцикл с колумбийскими номерами.

Пилот делится с его всадником паролем к вайфаю, всадник адресом бесплатной муниципальной парковки (48 ̊45.247 – 70 ̊14.597). Так происходит знакомство с соседом по планете – корейцем Ли. Отважный путешественник рискнул купить подержанный аппарат в Колумбии и доехать на нем до Аргентины. Договариваются о встрече в кемпинге.
Пока же экипаж движется по главной улице к информационному центру. Гигантский трактор, стоящий посредине улицы кажется нереальным, но этот механизм работал. В тот год, когда в России свершалась Великая Октябрьская cоциалистическая революция, чтобы жить лучше, один из первых поселенцев Gobernador Gregores — Дон Томас Оспиталече думал о том же и заказал в Лондоне трактор.

Информцентр. Хозяйка центра любезно рисует схему проезда к автомагазину и автомеханику.
В автомагазине масло покупается по кредитной карте VISA, в гараже меняется. В супермаркете закупка продуктов. Кемпинг небольшой, бесплатный для парковки и ночевки. Есть душ и туалет. За помывку сторож требует песо, но экипаж успел помыться на АЗС, ответ удовлетворяет. Запах жаренных котлет с луком кружит голову. С благоухающей тарелкой Пилот идет в гости, в палатку Ли. Хозяин домика из ткани откупоривает бутылку белого аргентинского. Задушевный разговор двух бродяг. У них одна дорога в Ушуайу. Там Ли бросит мотоциклетку, если не удастся продать и вернется домой.

Они договариваются встретиться завтра у подножья горы Фиц Рой, (встреча не состоится по техническим причинам, может быть, им все же удастся встретиться, во Владивостоке, в Корее, или еще где- нибудь на планете). Обмениваются эмблемами (до самой Ушуайи Бродяги будут встречать эмблему путешествия Ли) и расстаются.
Утром Пилот занимается спортивным бегом по улицам городка пока не находит пикап местного жителя, способного завести тяжелый Сафарь. Пикап проводит Сафарь к дому автоэлектрика на окраине города. Двор дома заполнен автомашинами, ждущего внимания ведущего автоэлектрика города. Несмотря на занятость, мастер Франсиско, предки которого покинули Испанию в поисках лучшей жизни, выслушивает Пилота.

Отложив срочную работу, он проверяет работу сафаревского генератора. В порядке. На очереди аккумуляторы. Один требует замены. Купить подобный здесь невозможно. Искать в других городах. Что за «скорая помощь» во дворе? Когда – то «додж» бегал по улицам Gobernador Gregores, теперь ждет восстановления. Это любовь Франсиско – восстанавливать машины.

Экипаж сердечно благодарит мастера за помощь и находит решение. Умирающий аккумулятор занимает место под солнечную панель, а здоровый — в двигатель. Хорошо иметь три батареи.
Когда через дорогу перебегает броненосец, Пилот успевает притормозить. Штурман выбежать с камерой и заснять, как перепуганное чудо зарывается в землю.

Озеро Cardel.

К ночи у информационного центра PN Los Glaciares в городке Сhalten. Сафарь пристраивается на парковке. Служебный пикап останавливается рядом. Рейнджер строго, кто, почему здесь…, но узнав, откуда путешественники, меняет тон, вопросы о России.
7 апреля.
Еще не поднялось солнце над горой Фиц Рой, как Штурман поднимает Пилота ехать на смотровую площадку, расположенную на въезде в городок. Площадка уже заполнена фотографами. Едва рассвет коснулся склона горы, как защелкали камеры. Не отстают и Бродяги, хотя пальцы мерзнут.


Возвращение к информцентру. Изучение пеших маршрутов парка. Сегодня поход к Большому леднику в лагуну Torre, туда и назад 18 км. К началу тропы можно подъехать на машине.

Подъем – спуск – подъем. Лес, тундра, захватывающие виды заснеженных гор…


Ближе к лагуне погода меняется. С ледника сползает облако и холод.



Срываются белые мухи. Солнце безуспешно пытается прорваться сквозь снежную пелену.

Подойти ближе к леднику можно по правому берегу лагуны. Но едва показавшись ветру на открытом пространстве легко одетый Пилот замерзает.

Полюбовавшись суровым, но красивым видом лагуны с плавающими голубыми льдинками, Бродяги возвращаются в хорошую погоду на прежнее место ночевки.


8 апреля.
Штурман будит Пилота, надо ехать на смотровую площадку снимать Фиц Рой. Темно. Городок еще спит. На смотровой площадке темно и холодно. Бродяги первые. Ждут пол часа. Вершина горы постепенно окрашивается в багровый цвет. Удивительно, сегодня Фиц Рой другой.

Отсняв сотню кадров, экипаж завтракает и направляется к водопаду Chorillo del Salto. Легкая поездка за город и коротенькая пешеходная тропка открывают красивое водопадение.

Возвратившись со свежего воздуха в салон Сафаря экипаж чувствует запах тухлых яиц. Бывает. Яйца выбрасываются. Запах усиливается. Вынюхивая источник зловония, экипаж перебирает харчи, Пилот даже открывает капот, вдруг что – то залезло и сдохло. Источник найден. В салоне умер аккумулятор, подключенный к солнечной панели. Разберемся потом, решают Бродяги и ступают на тропу к смотровой площадке на Фиц Рой – 4 км в одну сторону. Тропа круто берет вверх. Пройдя пол – километра Пилот и Штурман останавливаются в раздумии, а что если аккумулятор замкнет да полыхнет. Не будучи сильны в химии, они решают перестраховаться, чтобы не одолевали нехорошие мысли. Пилот бежит вниз, спотыкаясь о корни деревьев. Штурман потихоньку вверх. Дойдя до развилки, рисует на тропе стрелку, указывающую на лагуну Capri, адресуя ее Пилоту, и уходит влево.
Пилот отсоединяет клеммы от горячего аккумулятора. Старается догнать Штурмана и на развилке, не думая, уходит вправо. Не дождавшись Пилота, сняв лагуну, Штурман возвращается к развилке.

Можно сидеть часами, смотреть и не наглядеться на Фиц Рой. Момент, когда вершина и человек едины в красоте планетарного масштаба.

Он притягивает. Экипаж решает вернуться завтра, чтобы дойти до лагеря Poincenot. 18 км в оба конца. Тропа того стоит.
9 апреля
Темно. Штурман будит Пилота, ехать снимать Фиц Рой. Пилот еще спит, заносит в салон сдохнувшую батарею (да, здравствует экология!), заводит двигатель. Медленно пересекает центр города, чтобы докатиться до смотровой площадки.Еще не показалось солнышко, но на склоне горы оно уже играет красками. Холодно.

К Фиц Рою. По пешей тропе.

Лес. Дятлы в красных беретах, шустрые лисички, подметающие тропу пушистыми хвостами.



Заболоченный луг, подъем и роща с выкрученными дикими ветрами стволами


Poincenot. Небольшая рощица.

Здесь останавливаются на ночевку с палатками, чтобы на следующий день до рассвета подняться к Фиц Рою и встретить игры Солнца на его склоне.

Места для палаток окружены сложенными камнями – невысокая изгородь слабая, но защита от ветра. 8 км прогулка в удовольствие и все же последний отрезок пути, почти вертикальный, к Фиц Рою, Бродяги оставляют двум близким семьям мегагалактических путешественников – Вани Терехова и Жени Болычева.

Должна же быть Загадка!
Обратный путь и неожиданная встреча с высоким парнем с рюкзаком за плечами, заговорившем на русском языке. Откуда он? –секундная задержка с ответом. Мгновенья достаточно, чтобы понять его колебание, говорить правду или нет. Из Барнаула! Бродяги не верят сказанному, но это их дело. Парень тут же уходит в сторону Poincenota, ему некогда, за ним следует группа с московским говорком и крутыми фотокамерами.
Когда Бродяги слышат русскую речь так далеко от дома, порыв поговорить с человеком, он же говорит на одном языке с ними. Со временем экипаж стал сдерживать свои эмоции. Владеть языком, не значит говорить с человеком на одном языке. Язык общения отличается от разговора близких душ и порой испанский ближе, чем русский потому, что на нем говорит близкий по духу человек.

Сафарь терпеливо ждет экипаж на обустроенной парковке у начала тропы. Пока Штурман готовит ужин, Пилот под машиной – технический регламент. К вечеру парковка освобождается от одних машин и заполняется другими. Новенький упакованный Крузак – джипокемпер с французскими номерами и молодой парой на борту разворачивает на крыше TV- антенну и солнечные панели, врубает на полную музон. Микроавтобус с немецкими номерами и парой постарше ведет себя незаметно – тихо.
Отправляясь в путешествие кто- то берет с собой привычный образ жизни, а кто – то его меняет. Разные машины, разные люди и разные путешествия.
Еще одна машина заруливает на парковку. Старенький микроавтобус «Мицубиси» из 80-х годов с аргентинскими номерами. Хавьер приглашает на матэ, Бродяги откликаются монгольским чаем и шоколадкой «Аленка». Легкий ужин на траве.

Хавьер, Сабрина и их пес путешествуют по дороге №40. Для аргентинцев – фишка проехать 5000 км через всю страну по дороге от ее начала у боливийской границы на севере до г. Rio Gallegos на юге. Общение с ребятами — душевный праздник и совсем неважно, что штурманская дверь их микроавтобуса открывается снаружи, а стекло в дверке пилота поднимается руками.
10 апреля
Пилота тормошат. А? Что? Штурман: «Вставай, надо ехать!». Куда? «Снимать Фиц Рой! Скорей, опоздаем!». Сафарь спросонку несется через спящий город к смотровой площадке.
Волшебство. Гора меняется ежесекундно. Легкая облачность, дымка и Фиц Рой уже играет другими красками. Всего десять минут волшебства пока не поднимется светило.

Вновь на парковке у информационного центра. Отсюда начинается тропа к горе Loma del Pliegue Tumbado – 10 км в одну сторону.

Тропа не столь многолюдная, как предыдущие. Пастбища, лужайки, холмы, осенние рощи…




Встреча с американской парой. Усевшись на бревно, они дружно жуют. Постепенно тропа забирает в гору, оставляя внизу растительность.


Восхитительный вид на далекую лагуну Torre.

Глядя как немногие ломятся на гору Loma по крутой, градусов под 50 тропинке, Штурман остается ждать Пилота, последовавшего за немногими.

Взобравшись на вершину, Пилоту открывается захватывающая 360 -ти градусная панорама.


Повращавшись туда – сюда стрелкой компаса, Пилот обнаруживает у своих ног американскую пару жующую сэндвичи.
Махонькая черная точечка внизу должно быть Штурман, думает Пилот и, насладившись увиденным, быстро спускается. Бродяги не спеша возвращаются на парковку. День подходит к своему завершению.

11 апреля
Вставай. Поехали, командует Штурман. Пилот уже не спрашивает, куда. Свет фар пробивает ночь, заворачивает на смотровую.

Штурман фотографирует с подножки, потом прячется, чтобы согреться. Нет, никогда не стану фотографом, думает Пилот, нажимая замерзшим пальцем на спуск, и не хочу.
Площадка заполняется туристами с камерами. Поиграв красками, Фиц Рой бледнеет. Камеры упаковываются, фотографы разъезжаются. Бродяги вновь одни. Горячий кофе согревает. От информационного центра парка новый маршрут в гости к кондорам и орлам.
Утром холодно. Для кондоров нелетная погода. Парят по вечерам. Этого Бродяги еще не знают и безуспешно пытаются найти в небе распластанные крылья. Вдоль тропы веселые картинки, описывающие жизнь кондоров, как падальщиков.



Бросив взгляд на город Сhalten, Бродяги завершают короткий маршрут.

Сафарь переезжает через дорогу на площадку для пикников. Пилот ремонтирует дверь Штурмана, переставшую открываться изнутри. Подтягивает ступичный подшипник. Штурман за хлебом в город.

За ужином Штурман предлагает остаться на день, чтобы еще раз сходить к лагуне Torre. Пилот не реагирует.
12 апреля
Ночь. Штурман командует подъем. Пилот просыпается с радостной мыслью, что это последняя побудка. Штурман знает, что утренние фотографии Фиц Роя будут последними, но каждый встреченный здесь рассвет останется в их жизни навсегда.


Еще сотню километров командующий кругосветной экспедицией на корабле «Бигль» Роберт Фицрой, чье имя носит гора, будет смотреть вслед Бродягам пока они не скроются за горизонтом.

Оставшись без аккумулятора, экипаж остается без солнечной панели, а значит и без кипятка к чаю. В El Calafate за батареей.


El Calafate. Парковка на АЗС. Поиски аккумулятора приводят в специализированный магазин. 90 амперного нет. Продавец убеждает купить меньшего объема. Пилот не понимает его усилий. Есть ли еще магазины, где можно приобрести батареи. Нет, отвечает продавец, расхваливая свой товар.
Возвращение на АЗС. Администратор дает жетоны, чтобы наполнить термос кипятком из автомата, узнав об аккумуляторной проблеме, чтобы долго не объяснять, садится в пикап и ведет за собой Сафарь к автомагазину, где есть все, в том числе, и нужной емкости батарея. 3000 песо (15.000 руб.) и аргентинский хранитель энергии становится под солнечную панель. Поворот в Punta Bandera.

Ночь на берегу озера Argentino рядом с причалом спящих пароходиков (50 ̊18.703 – 72 ̊47.939). Завтра они повезут туристов к леднику Перито Морено. Бродяг туда приведет дорога.

На въезде в парк оплата билетов — 260 песо с человека (1200 руб.). Ледник виден уже с дороги.

Общая площадь поверхности ледника 250 км², длина языка — 14 км, ширина ≈ 5 км, слой льда ≈ 50-55 м

Франсиско Морено – исследователь аргентинских земель, ученый, естествоиспытатель. Его именем назван ледник.
Прогулка по его лестничным пролетам парка, откуда открывается виды на голубого гиганта – хранителя холода планеты. Он настолько велик, что кораблик рядом с ним – щепочка.

Много туристов из разных стран. Русская речь. Откуда? – из Израиля. Русская речь. Откуда? – из Нью – Йорка. Русская речь. Вопрос не задается. Знакомая цепочка столичных жителей с крутыми камерами, ведомая «барнаульцем», ругается матом.
Одна встреча запоминается. У перил смотровой площадки паренек. Обтрепанная одежда. Рваные кроссовки перемотаны скотчем. Мечтательным взглядом смотрит на ледник. Многие в своей жизни не видели и малой части того, что видел он, и не увидят того, что он еще увидит. Бродяги восхищаются им и тихо уходят, чтобы не мешать быть с ледником.

Очередная смотровая площадка. Никого рядом. С шумом отрывается кусок льда, открывая Бродягам лик улыбающейся девушки.

Пятнадцать минут и профиль, словно в замедленном фильме, начинает осыпаться и отходит от ледника в воды лагуны, чтобы взорваться со страшным грохотом.





Печальное зрелище разрушающегося ледника.

А на этом месте было украшение Перито Морено – арка, едва ли не национальный символ отчеканенный в монете, обрушившаяся в 2012 году.


Ничто не вечно в этом мире, даже ледяная красота. К вечеру на берегу озера Argentino.

14 апреля. Возвращение в El Calafate. Прямая лента шоссе мимо редких ферм — «эстанций»

завершается на пересечении дорог №5 и №7 в поселении Надежда (Espеranza). Пристроившись на краю парковки АЗС, Бродяги укладываются спать после долгой и непрерывной дороги.
Rio Gallegos – крупный город на берегу Аргентинского моря. Море, непризнанное географическим сообществом, но не перестающим существовать на аргентинских картах. Бродяги находят маленький железнодорожный музей у свалки то ли металлолома, то ли музейных экспонатов. С интересом изучают нехитрое устройство, позволяющее поставить джип на рельсы.



Прогулка по набережной. Памятник пилотам ВВС Аргентины.


и основателям города – земледельцам, рыбакам, миссионерам…

Вновь на грунтовке – это дорога №40, которая вскоре завершает свой долгий путь на берегу океана в Punta Loyola.
Заметив вдали силуэт корабля, Сафарь съезжает с дороги и на пониженной (песочек) доезжает до заинтересовавшего объекта. Корабль имеет трагическую судьбу. «Marjorie Glen» в 1911 году вышел из английского порта Ньюкастл с 1800 тонами угля для доставки в Rio Gallegos. В океане уголь стал выделять газ. Дойдя до внешнего рейда пункта назначения экипаж безуспешно пытался ликвидировать выделение газа. Потеряв двух членов экипажа, судно было оставлено.
В мае 1982 года судно использовалось в качестве мишени двумя эскадрильями штурмовиков A4B «Skyhawk», практиковавшихся в ведении воздушного боя на море перед нападением на английский флот. 9 пилотов из этих эскадрилий впоследствии не вернулись с боевого вылета.

Сквозь пробоины свистит ветер. Несколько маленьких пингвинчиков ростиком в 30 см нашли приют в его чреве. Ржавый металл не греет, но укрывает от ветра.

Попытка найти место для ночевки на берегу океана. От ветра негде укрыться. К границе Чили. Ночь на дороге. Царство неутихающих ветров.
16 апреля. Суббота. В салоне 0,7 ̊. Переднее стекло покрыто кристалликами льда. Ветер продолжает раскачивать машину и петь песню с багажником. Мимо поток машин, спешащих на границу. Восход. Становится светлее и веселее, +3 ̊. Кофе с бутербродом добавляет энергии.
Бродяги помнят первый опыт перехода чилийской границы. Доедают огурец и листья салата. Головка чеснока поделена на дольки и распихана по карманам (не пропадать же витаминам). Что за напасть? Экипаж не досчитывается одной луковицы и на всякий случай решает занести ее в декларацию (о чем потом сильно пожалеет).
Машин на переходе! Как на Зеленом Угле во Владивостоке. Аргентина переезжает в Чили? Нет, аргентинцы едут закупать более дешевый товар.
Очередь в таможенный терминал вытянулась на улицу. Два часа на ледяном ветру прежде, чем Пилот и Штурман переступят порог официального помещения. Здесь пять окошек, чтобы выехать из Аргентины и тут же въехать в Чили. Чилийская таможенница изучает декларацию. А где сebolla (произносится «себойа», почти на украинском — «цыбуля»)? Бродяги пожимают плечами, потерялась. Женщина в форме и ее пес роются в вещах, но не находят луковку. Ее ищут в сумках, в холодильнике, в инструментах. Нету. Выручает живущий в Аргентине мужчина, покинувший Украину 18 лет назад. Он объясняет представителю таможни Чили, что эти лопухи не помнят, куда делась луковица, возможно, они ее просто съели и ее в машине уже нет. Пилот и Штурман получают очень строгое предупреждение, чтобы впредь помнили, куда и что положили. Бродяги обещают невыполнимое и въезжают в Чили. Луковица так и никогда и не найдется. Выкатилась, наверное, а может, съели в беспамятстве.

Паромная переправа Punta Delgada. Паром каждые 20 минут (≈ 1500 руб.) В ожидании погрузки Пилот заходит в кафешку. В помещении выставка местного фотографа. Суровые и широкие пространства здешних пейзажей, заброшенные строения — несколько упадническая тематика, но таков взгляд этого человека. Привлекает внимание фотография щита на фоне природы. Предупреждение о наличии мин. Это здесь? – спрашивает Пилот местного жителя. Да, отвечает житель. К трудным здешним условиям жизни на бешенном ветру Аугусто Пиночет добавил смертельную опасность. По его приказу в 1980 году приграничная территория Чили была заминирована от своих соседей — аргентинцев, боливийцев, перуанцев. Чем руководствовался? Страхом. Диктаторы живут в страхе. Оставленные им в наследство мины каждый год собирают человеческую и животную дань. В земле их около 100.000 (!!!). Вторая страна, в которой Бродяги сталкиваются с минами (первая – Таджикистан).
Маяк 1901 года постройки. Сейчас в нем морской музей.

Паром доставляет транспорт на остров Огненная Земля (Tierra del Fuego), открытый кругосветчиком Фернаном Магелланом в 1520 году. Свое название получил из – за множества костров, зажженных ночью индейцами во время прохождения корабля Магеллана.
Puerta Espora. Асфальтом и грунтовками на свидание к королевским пингвинам. На перекрестках дорог открытые лачуги для путников, застигнутых непогодой. Внутри очаг. Полати. Грязно, но жизнь спасет.



Охранник колонии (пингвинов) в шапке — ушанке указывает на подобное убежище вдали. Компания из нескольких семей пикникует у костра, укрывшись от ветра стеной лачуги и матрацем.

Приглашает экипаж присоединиться, вино «Exportacion» уже знакомо Пилоту, а более крепкий чилийский напиток оказывается совсем не крепким для Пилота. Желая сделать что — то приятное экипажу, находят в телефоне русскую песню. Ветер подхватывает слова: « Пiдманула, пiдвела…». Приехали смотреть пингвинов? Езжайте по дороге, чуть дальше и увидите.

На пригорке пингвинчики пытаются удержаться на лапках под бешеным ветром.

Возвращение к убежищу, компания разъезжается. Костер гасят. Бродяги обещают затушить, но парни неумолимы – мы его развели и мы несем ответственность за него. Это Закон Огненной Земли.
Миллиметровая парковка к стене лачуги. Ветер обтекает строение и создает вихревые потоки в которых Сафарь качается из стороны в сторону, а багажник воет доселе неслыханным голосом.
10-00 у калитки колонии (53 ̊27.641 – 069 ̊18.365). Бродяги сигналят охраннику, который открывает калитку и обеличивает экипаж. Вход 12.000 песо с человека. Больше 10 минут у нас на таком ветру не выдерживают, говорит он.

Из специально оборудованных мест видна сплоченная группа колонистов. Королевские пингвины ростом до 95 см. Каждый занимается своим делом. Кто, переваливаясь с ноги на ногу, идет рыбачить к морю, кто – то стоит задумавшись, кто-то болтает. Малыши похожи на медвежат.

Для интересных кадров необходима специальная оптика, которой Бродяги не обладают. Продержавшись более часа, экипаж уступает наблюдательный пункт группе аргентинцев с навороченной фототехникой и треногами.
Грунтовками к границе. Погранпереход Paso San Sebastian. Беспроблемный переход в Аргентину, на стене памятка, что здесь был друг – кореец Ли.

Rio Grande. Закупка овощей и продуктов в супермаркете «Anonima». Карта сбербанка отказывается оплачивать продукты, из смс следует, что эта операция подозрительна. Оплата наличными. Заправка топливом. Администрация АЗС предоставляет душ, вайфай и место для ночевки на крытой парковке. Хорошее укрытие от ветра, но не от бухающей, громыхающей музыки до утра. Затемно дорога №3 ведет к самому южному городу на планете — Ушуайа. Снежная поземка.

Встречные машины в снежных шапках. Ветер утихает. Меняется ландшафт. Замерзшие лужи и ручьи. Выпавший накануне снег сделал дорогу сказочно – красивой и опасной.




Заснеженный асфальт превращается в гололед. Лежащий в кювете пикап и местные, фотографирующиеся на его фоне. Нужна ли помощь, спрашивают Бродяги, в ответ весело: «все ОК!». Осторожно вперед. Подъем к перевалу Гарибальди на 4wd.

Аргентинские машины обуты в цепи. Молодцы, но для Бродяг еще рано их одевать, можно проехать и без них. Главное, не спешить.


Fin del Mundo – это Ушуайа, это конец Света и конец путешествия для многих, решивших проехать американский континент с севера на юг.

Разбросанный на сопках город приходит в себя после снежной стихии. Тихо. Знакомая картина. Мокрые ноги добавляют ощущений. Совсем как в Петропавловске – Камчатском после пурги. Многое напоминает близкий город на Тихом океане. Приземливший на вечную стоянку «Дуглас» – DC-3.

Почти такой же самолет стоит на привокзальной площади в аэропорту Елизово, а это притопленное судно

похоже на то, что стояло в «Шанхае», пока не затонуло. Частный сектор, как на улице Строительной или в поселке Авача.

Не побратимы ли эти два города? Если нет, надо брататься.


Толпы туристов на улицах, магазины, сувенирные лавки (здесь был Ли!)

бесчисленные бары, рестораны…



Даже тюремная тематика приносит доход, но она Бродяг не интересует.

И ЭТО КОНЕЦ СВЕТА?!
Конец Света наступал когда в советском паспорте ставили прямоугольный штамп с пропиской и двумя большими буквами «ЗП». Странно все же тогда получалось, чем дальше от цивилизации, тем чище снег и чище отношения.

Для Бродяг Ушуайя – не Конец Света, а его Начало. Начало путешествия к северу американского континента. Сафарю покупается наклейка «Fin del Mundo».
Дорога еще не завершена. Экипаж въезжает в самый южный национальный парк «Tierra del Fuego» засыпанный снегом.

Входной билет — 170 песо с человека. Здесь дорога приходит к своему концу. Дальше Антарктида.


Встреча с путешественником Гильермо и его другом из Бразилии. Наши люди))).

Парковка на заснеженной площадке у реки.

Никого рядом, никого ночью. Утром парк наполняется романтическими молодыми парами и совсем немолодыми группами туристов, идущих гуськом по заснеженным тропинкам, поддерживая друг друга за плечи.

Эта картина заставляет зевнуть и быстро уехать навстречу новым дорогам. На Север!

Добавить комментарий